Линус Торвальдс и коллеги по Linux о его тайм-ауте, разнообразии в ИТ и проблемах сообщества

0
539
views

Основатель Linux известен своей вспыльчивостью — его едким ремаркам отведён целый сабреддит. Не раз за многие годы Торвальдс отправлял коллег на букву «F» и не стесняясь говорил мейнтейнерам, когда качество их кода напоминает субстанцию коричневого цвета. Крепкое словцо у Торвальдса находилось и для компаний вроде Intel и Nvidia. В 2018 году программист, за три десятилетия заслуживший славу, уважение и страх, решил взять перерыв в работе, чтобы немного прийти в чувство и пересмотреть своё отношение к окружающим. «Эмоциональная эмпатия — это не про меня», — написал он в публичном письме-извинении. Insider побеседовал с Торвальдсом и мейнтейнерами о том, как его изменил перерыв, и о жизни Linux. DEV.BY опубликовал перевод материала.

Торвальдс — икона в мире программирования, роль которой невозможно переоценить. А Linux, повсеместная и неприметная для обывателя, лежит в основе крупных технологий и используется в продуктах многих корпораций, включая Tesla и Google. Сообщество Linux насчитывает более 10 тысяч разработчиков, многие из которых отдали на её разработку и поддержку годы своей жизни и в большинстве своём не получают за это деньги.

Вынужденный отпуск Торвальдса практически не повлиял на динамику сообщества. Однако это подняло на поверхность более глубокие внутренние проблемы Linux, например растущий возраст мейнтейнеров. Высокий порог вхождения и вербальный абьюз в переписках не очень помогают привлекать «новую кровь» в сообщество, где преобладают программисты мужского пола с белой кожей.

Сейчас Торвальдс практически не кодит для Linux — свою функцию он описывает как «техлид старшего уровня». Запускать свою компанию он никогда не хотел — только дать людям «лучшую операционную систему в мире».

Карьера Торвальдса почти целиком посвящена Linux. Когда-то он отверг оффер от Стива Джобса, потому что пришлось бы бросить Linux. Идея Git — системы управления версиями, на которой базируются GitHub и GitLab и которой обязаны своим существованием большинство опенсорсных проектов — тоже принадлежит Торвальдсу. У программиста есть три дочери, одна из которых пошла в разработку ПО, но с Linux она не связана. Торвальдс говорит, что не собирался создавать «династию разработчиков ядра Linux».

Торвальдс отмечает, что «не особо любит скопления людей», но предпочитает «общаться и вести разработку открыто», потому что это самый практичный вариант. По его словам, это добавляет целую новую плоскость в процесс решения задач, поскольку требует взаимодействовать с людьми с разным бэкграундом и которые имеют различные цели.

Две противоречивые черты — горячность и понимание важности сотрудничества — с одной стороны обеспечивали успех Linux, а с другой — усложняли её развитие.

«Linux со временем меняется. И Линус тоже меняется, — отмечает сооснователь и гендиректор CloudLinux Игорь Селецкий. — Он старается быть терпимее, и вспышки ярости происходят всё реже».

В 2018 году Торвальдс впервые начал проходить психотерапию, которая продолжалась ещё несколько месяце после его возвращения. «Среди людей моего поколения не очень принято беседовать с психотерапевтом, и я не знал, чего ждать. Но в итоге мне понравилось объяснять, кто я и откуда и на что жалуются окружающие. Я думаю, это было полезно», — сказал Торвальдс.

Разработчик Facebook и Linux Йенс Эксбо говорит, что в Торвальдсе произошли «заметные изменения» и сейчас ни один его емейл не носит явно оскорбительный характер.

«Стал ли я другим, лучше? Нет, не думаю. Переваривание событий несколько месяцев много не меняет. Но я надеюсь, что, возможно, это заставило меня немного более сознательно и осторожно писать публичные емейлы», — продолжает Торвальдс.

Image by Martine Auvray from Pixabay

Вероятно, если бы Торвальдс не был таким раздражительным и требовательным, Linux могло и не быть. В 1991 году, когда Торвальдсу был 21 год, попользоваться учебными компьютерами Хельсинкского университета, на которых стояла коммерческая ОС Unix, выстраивалась очередь — иметь собственный было дорогим удовольствием для студентов. Торвальдс купил в кредит компьютер на базе бесплатной Minix, но его совершенно не устраивало, как она работает. Он начал экспериментировать и писать собственный эмулятор терминала, который стал обрастать новыми функциям и программами, пока не превратился в доморощенное ядро. Проект привлёк  других программистов, которые помогали фиксить баги и предлагали свои исправления. Так родилось опенсорсное Linux-сообщество. К 1993-му Торвальдс курировал проект, который имел более 100 независимых контрибьюторов.

Разработчики восхищаются его «техническим видением» качества кода, его ролью как «катализатора», благодаря который объединяет тысячи разработчиков, а также его «готовностью помогать» другим учиться: «Он не белый и пушистый, но может давать хороший фидбек, когда это нужно».

Прямолинейный стиль коммуникации Торвальдса и привычка спорить породили свободную культуру, в которой технические обсуждения иногда перетекают в перебранки с оскорблениями. Если «лидер позволяет себе редкие, но очень хамские выпады», это не значит, что так будут делать остальные участники сообщества. Но это подаёт негативный пример тем, кто склонен к грубости, говорит о влиянии Торвальдса Нил Браун, мейнтейнер Linux с 15-летним стажем.

«Если вы запороли патч, вас унижают и издеваются над вами, — рассказывает один бывший разработчик Linux. — Так что они этим наслаждаются». Однажды в 2013 году Торвальдс и другие участники рассылки Linux шутили, что «орут» в переписке. Они призывали одного из разработчиков быть агрессивнее, чтобы стать эффективнее — Торвальдс советовал ему «научиться кричать на людей», чтобы заставить их собраться.

Агрессия и словесные перепалки, которые в порядке вещей в Linux-сообществе, создают в нём неблагоприятную атмосферу. «Нам нужны лучшие идеи от всех людей, а не только от тех, кто готов терпеть ядовитую критику», — поделился мнением с Insider президент IBM и экс-гендиректор Red Hat Джеймс Уайтхёрст.

Некоторые разработчики считают, что извинение и самоотстранение Торвальдса Linux не компенсируют ущерб, который его несдержанность нанесла экосистеме за несколько десятилетий и не вернут людей, которых это оттолкнуло от работы над Linux. Анонимный разработчик рассказывает, что из-за токсичности культуры сообщество покидали женщины и представители меньшинств.

Проблема многообразия в сообществе Linux, как в опенсорсе и ИТ в целом, усложняет вход в него для этих групп людей. К примеру, женщины составляют  менее 8% всех контрибьюторов — их 300 человек, но эта цифра постепенно растёт. У фонда Linux Foundation есть менторская программа по привлечению и удержанию новых разработчиков, но и в ней на женщин приходится лишь 16% участников.

Неиклюзивность — минус Linux в глазах потенциальных контрибьюторов, которые могут чувствовать себя в сообществе некомфортно. Те, кому не нравится плохое отношение к себе, не станут задерживаться на проекте. «Когда проект разменивает один десяток лет, два, три, то чтобы поддерживать его на плаву и помогать ему процветать, нужно вливать в него новую свежую кровь. Ядовитая среда или соответствующий имидж никак не способствуют привлечению молодых разработчиков», — констатирует Эксбо.

До недавнего времени Торвальдс пренебрежительно относился к теме разнообразия в техносреде, придерживаясь концепции меритократии и называя «всё это не важными деталями». За последние годы его точка зрения несколько изменилась, но решения для этой проблемы у программиста нет. «Существует ли какая-то серебряная пуля? Нет. Есть ли в команде ядра женщины и не белокожие люди? Да, но должен сказать, что это весьма небольшое меньшинство. Просто я не знаю, как это изменить».

Несмотря на свой характер, Торвальдс отметил, что властью обладает очень ограниченной: «В опенсорсе невозможно заставить кого-то что-то делать. Моя истинная сила заключается в том, что люди доверяют мне».

«Когда люди, которым я доверяю и которые мне нравятся, говорят: „Линус, ты ведёшь себя, как засранец, остынь и посмотри на своё поведение со стороны“, — есть два варианта: либо ты думаешь, что они ошибаются, и продолжаешь в том же духе, либо всерьёз задумываешься над советом, — комментирует Торвальдс свой тайм-аут. — Не буду притворяться, что стал совершенно другим человеком только потому, что пару месяцев общался с профессионалом. Это так не работает. Но я, по крайней мере, стал осторожнее и сознательнее выбирать выражения».

Image by StockSnap from Pixabay

Так или иначе, за десятилетия с момента создания Linux мир вокруг Торвальдса изменился и всё меньше готов закрывать глаза на хамство только из-за его гениальности, отмечает Эксбо, который занимается привлечением новых сотрудников Facebook к проекту: «Сейчас людям делают замечание за такое поведение. 10 лет назад это было немыслимо. А в ранние годы здесь был этакий „Дикий Запад“».

В сообществе стала культивироваться ответственность за слова и действия. Одним из проявлений этого был, например, скандал вокруг пионера опенсорса Ричарда Столлмана и его уход с поста главы Фонда СПО. 3 тысячи разработчиков подписали открытое письмо за его исключение из совета директоров организации после обвинений в харассменте и критики за поддержку Джеффри Эпштейна.

В сентябре 2018 года в Linux был принят кодекс поведения, закрепляющий ответственность мейнтейнеров. Тем, кто его не соблюдает, грозят «кратковременные и перманентные последствия», и любые жалобы рассматриваются очень тщательно.

Некоторые сомневаются, что можно привлечь к ответу Линуса Торвальдса — «великодушного пожизненного диктатора», за которым последнее слово по любым изменениям и обновлениям Linux. Кто-то из разработчиков считает, что он остался прежним, а с его поведением мирятся потому, что с Linux тесно переплетены многие современные технологии: «Может он немного и сбавил тон, но в сущности не изменился», — отмечает бывший разработчик Linux.

Ещё одна насущная проблема сообщества — это старение. Людям, которые присоединялись к проекту на ранних этапах в 20 лет, сейчас 40 и больше, а привлечь молодое поколение всё сложнее. Проблема озвучена, но сделано в этом направлении пока не много.

Проект растёт — по последним данным, число контрибьюторов переваливает за 4 тысячи, но в последние три года рост замедлился. Ключевые мейнтейнеры которые знакомы с подсистемами Linux изнутри, на проекте уже десятки лет, и лидеры крупных подсистем меняются довольно редко. Новые контрибьюторы — в основном не «молодёжь», а разработчики, занимающиеся Linux внутри своих компаний.

Войти в проект сегодня намного сложнее, чем в 1990-х, когда он был поменьше. Некоторых отпугивает крутая кривая обучения, большая армия контрибьюторов, обилие кода, высокая активность в списках рассылки. Коммуникация разработчиков ядра Linux до сих пор держится на электронной почте. А со времени запуска Linux появилась уйма новых интересных опенсорсных проектов, которые заманивают разработчиков.

Сам Торвальдс говорит, что его «не сильно беспокоит» старение сообщества: «Бесспорно, мейнтейнеры ядра стареют — как и все мы каждый год становимся на год старше. Кто-то из нас ещё и толстеет, а кто-то — лысеет». Замедление роста Linux он тоже признаёт: проект «развивается нормальным темпом», но «не ускоряется». В каждый новый релиз раз в 2-3 месяца вносит вклад 1,5-2 тысячи разработчиков. Такой показатель и динамику роста Торвальдс считает удовлетворительными.

Ещё один важный вопрос — что будет с Linux, когда его покинет Торвальдс. Сам создатель ядра считает, что оно пойдёт по пути Python после того, как отошёл от дел Гвидо ван Россум. Там для руководства разработкой была создана специальная группа.

«У нас есть несколько авторитетных мейнтейнеров, но если я вдруг уйду, есть огромный выбор людей, которые способны поддерживать Linux. Начнутся распри, начнётся некоторое соперничество, но бурление будет временным», — надеется Торвальдс.